Самое интересное об этнических инструментах «Японской сказки. Меч самурая» рассказывают музыканты Татьяна Речная и Дмитрий Калинин

Живая музыка – неотъемлемая составляющая спектаклей «Театриума», идущих на основной сцене. И если постановка знакомит зрителя с культурой какой-либо страны, то в оркестре обязательно звучат аутентичные инструменты. В главной премьере сезона «Японская сказка. Меч самурая» за этническое звучание отвечают Татьяна Речная и Дмитрий Калинин.

В их руках – инструменты с огромной историей. Причем порой и личной. Например, Татьяна рассказала почти что мистическую историю о том, как её выбрала флейта сякухати (именно с этим инструментом в руках исполнительница на фотографии):

«У меня классическое образование, я училась игре на классической флейте. Но меня всегда интересовала музыка народов мира, всегда была интересна Япония – её литература, эстетика, культура, кухня. У меня большая коллекция флейт народов мира. Когда появилась флейта сякухати, она была в ряду остальных, а потом всех вытеснила и стала моим основным моим инструментом.
В 2007 году после не совсем удачного выступления на «Пустых холмах» я бродила по фестивальной поляне. Была ночь, лил дождь. Посреди моста через реку я встретила человека в одежде буддийского монаха с полной сумкой бамбуковых трубок. Поинтересовалась у него, что это за флейты. Оказалось, что молодой человек из Санкт-Петербурга, он нашел в Интернете чертежи и сам по ним сделал флейты, а называются они сякухати, и вроде как это японские флейты. «А вы их не продаете?» – спросила я. «Конечно, продаю!» С собой у меня были подаренные на День рождения родителями деньги – на них я и купила дудку. Попробовала играть – и ничего не поняла. Это подвинуло меня купить диск музыки сякухати. Играл величайший мастер Ямагути Горо – по сей день это мой любимый исполнитель на инструменте. Звук меня совершенно потряс: интонация, музыка. Оказывается, можно играть музыку, которая не замирает, которая постоянно меняется, – тысяча событий происходит внутри звука.
Позже у меня появилась аутентичная японская флейта сякухати. Её я приобрела через сайт Рони Сэлдина. Он – большой мастер сякухати, обладатель высшего звания в школе Кинко. При жизни он через свой сайт продавал и перепродавал флейты, тестированные лично им. Как раз та, на которой я играю в спектакле,  куплена в результате виртуального знакомства с Сэлдином. А свою первую сякухати я использую в сольных пьесах, концертах.  Она оказалась очень хорошего качества. Пусть и не аутентичная, но у нее потрясающий звук».

В современном виде флейта сякухати существует порядка 600 лет. Естественно, есть и более древний аналог. Этот инструмент пришел из Китая, от чи-ба. Сякухати – флейта дзен-буддийских монахов. В Китае был такой чаньский просветленный Пу-хуа, он ходил по городу и звонил в колокольчик. Один из его последователей, чье имя история для нас не сохранила, срезал кусок бамбука и стал на бамбуковой трубке имитировать звук этого колокольчика. По преданию,  так возникла сякухати.

«Сякухати – сокращение от «иссяку хассун»: один сяку восемь сунов. Это мера длины.  – поясняет Дмитрий Калинин. – Этот инструмент первоначально использовали как камертон для оркестра традиционной церемониальной музыки. Самостоятельным он стал позже».

В оркестре «Японской сказки» Татьяна Речная также играет на фуэ (она же синобуэ), на вьетнамском аналоге синобуэ – вьетнамской поперечной флейте, и на кхене – это многоствольный губной органчик. Сколько тысячелетий поперечной флейте, отследить крайне сложно. Это один из древнейших инструментов человечества. Это очень простой тростниковый инструмент, он бытовал среди крестьян, дровосеков, пастухов, охотников. Кстати, все духовые инструменты Татьяны сделаны из природных материалов – бамбука и тростника. Все задействованные в оркестре этнические духовые вы видите на фото.


Самый крупный и необычный с виду этнический инструмент, который звучит в спектакле – кото. Играет на нём Дмитрий Калинин (как раз на горизонтальной фотографии снят этот момент). «Кото пришел в Японию из Китая где-то в VII-VIII веке. – рассказывает Дмитрий. – В древности инструменты наделялись сакральным значением, и даже первый большой роман в Японии, «Уцухо моногатари» («Повесть о дупле»), посвящен как раз сакральному значению игры на кото. По легенде, владыка моря Дракон как-то выполз на берег, уснул и превратился в этот инструмент. По сей день композиторы среди обозначений приёмов пишут в партитуре «ударять по рогам дракона» или «бить по брюху дракона». 

У кото много символов: 13 струн – 13 лунных месяцев; свод верхней деки – небо, нижней – земля. Есть и поэтические уподобления: строй подставок, «кобылок», напоминает вереницу летящих гусей».

Кото – совершенно архитепический инструмент для всей дальневосточной культуры. В Японии он сохранился в наиболее древней форме, в Китае сильно видоизменился. Похожие родственные инструменты есть в корейской культуре (каягым), в монгольской (ятга), по-своему модифицировалась цитра во Вьетнаме и в Бурятии.

Еще один музыкальный инструмент, на котором играет Дмитрий в спектакле, сямисен (на вертикальной фотографии). Это инструмент городской культуры. Причем и народной, и профессональной музыки. Он – из позднего Средневековья. И тоже пришел с материка, но в Японии видоизменился. В первую очередь потому, что на нем стали играть большой лопаткой, так как его освоили профессиональные исполнители на лютне бива, для игры на которой используют очень большой плектр (бати) в форме листа дерева гингко.

Кото, сямисен и сякухати составляют классический японский традиционный ансамбль. Правда, сперва вместо сякухати был смычковый кокю, но, как видим, флейта сякухати умеет найти своё место и придать себе значения. И в музыкальной истории, и в личной.

А еще в «Японской сказке. Меч самурая» звучат барабаны коллектива TAIKO in-SPIRATION. Но это уже другая история, которую расскажем вам в другой раз.

 

 

 

3 января 2018